+7 (495) 506-36-87

г. Москва, ул. Тверская, д. 1

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Новости
31 мая

 

Уважаемые посетители моего сайта!

Информирую Вас, что в разделе «Журналистика» (см.) помещено моё короткое эссе, озаглавленное «Последний козырь». Эссе посвящено авторству первой книги романа Михаила Шолохова «Тихий Дон». Рискну утверждать: весьма высока вероятность, что данная часть романа-эпопеи не написана гражданином Кузнецовым.

 Dear visitors of my site! I inform you that my short essay entitled “The last trump”is put in the section “The Journalistic” (see!). The essay is dedicated to the authorship of the first book of the the epic novel by Mikhail Sholokhov "Quiet Don". I will risk to assert: there is a high probability that the first part of the epic novel was not be written by citizen Kuznetsov.

 

Уважаемые посетители моего блога!

Информирую Вас, что в издательстве RIDERO вышла в свет книга моих сонетов, озаглавленная «Альбатрос». Помимо всего прочего, книга эта является ответом моим литературным недоброжелателям, в частности, нанесшим мне оскорбление на форуме «Новой газеты» в июле 2014 года.

Произошло следующее. Тогда, восемь лет тому назад, я в очередной раз прошёлся по поводу стихотворного творчества поэта-пулемёта Дмитрия Быкова (Зильбертруда). В ответ какой-то дурак, обратившись ко мне по имени Миля, попросил меня не позорить свою нацию. До этого с подобной просьбой дважды обращался ко мне сам господин Быков. В ответ я спросил задавшего сей вопрос в третий раз – а не является ли он попугаем господина Быкова? И тут модератор форума, некий опальный мент Сергей Золовкин, под восторженный писк поклонников Быкова, включая некоего Аскользина, удалил меня с форума газеты, заявив, что «у меня приступ мании творческого величия».

     Как известно, месть – это блюдо, которое следует подавать в холодном виде, иными словами, не торопясь. Я и не спешил, Но вот мной был изобретён новый вид эпиграмм: эпиграммы-близнецы, очень пригодные для сведения счетов и с Золовкиным, и с Аскользиным, горячо поддержавшим бывшего мента по части санкций против меня. Вот эти эпиграммы:

Аскользин и ничтожество –

По сути дела, тождество!

 

Золовкин и убожество,

Как оказалось, тождество!

 

Две эти эпиграммы являются моей малой местью двум вышеперечисленным лицам. А мои сонеты – это уже моя большая месть разного рода стихотворным посредственностям и ничтожествам (живым и уже ушедшим в иной мир), с которыми в жизни мне приходилось общаться. Понятно, безо всякого удовольствия.

Эмиль Вейцман

P.S. Несмотря на либеральный остракизм в отношении моей персоны со стороны «Новой газеты», я не перестал быть её подписчиком вплоть до её  закрытия под давлением властей России. Я не испытываю никого злорадства от того, что газета перестала выходить в свет. Там всё-таки было, кого почитать, хотя многие её авторы давно набили мне оскомину своими публикациями. Закрытие этого издания я решительно не одобряю. Перефразировав Талейрана, могу сказать: «Это больше чем ошибка – это глупость». Такая же глупость, как «закрытие меня» на форуме «Новой» бывшим полицейским Золовкиным, не сумевшим в конечном итоге избавиться от своих полицейских замашек. Впрочем, что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку. В данном конкретном случае форум-вышибале Золовкину.

 

 

 

Оповещаю!

Вышла в свет моя электронная книга под названием «Как взрыв сверхновой» (фантастика, полуфантастика, фэнтези). Сведения о книге уже фигурируют в Интернете. Кое-где сведения эти уже и заблокированы (в Яндексе), но, к счастью, существует ещё и Google. Можно заказать книгу и в бумажном исполнении, что, впрочем, обойдётся достаточно дорого. Сразу же уведомляю, с каждой покупки книги, я получу от её продажи только четверть от продажной цены. Не густо. Напоследок уведомляю. Значительная часть, содержащегося в моей книге, была в разные годы уже опубликована в  периодических изданиях России: в журналах «Земля и вселенная». «Техника молодёжи», в газете «Мир зазеркалья» и даже в «Литературной газете». В последней в виде фантастических микроновелл, в рубрике «Клуб 12 стульев» («Голубой период пенсионера Биточкина», «Зона»).  

     Ну вот и всё, что я собирался сообщить посетителям сайтов моего блога.                                  

 

 

 

185. На поэта Б. (не Быкова!)

Давным-давно он пел фарфор в стихах,


В итоге же случился полный крах:


Не обожглась фарфоровая глина -


Была в душе поэта холодина.

                 27 - 28 ноября 2014

Форма обратной связи
Имя:
Email:
Сообщение:

Журналистика

 

Emil V. Veitsman

                                                   Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

                                                    The Last Trump

About the manuscript of the first part “Quiet Don” by Sholokhov

      I think they will speak about the novel “Quiet Don” by Sholokhov for a very long time. Some will continue to argue with foam at the mouth that the author of this novel is Mikhail Sholokhov. Other continue to deny his authorship.

     The first people is hurray-patriots in the majority, i.e., the people with anti-Semitic deviation as a rule and no very
educated. The evidential base of this public is enough primitively in the best case, and in the worst one this base
is full absent: this cannot be because it can never be.  It is more expensive for yourself to say with such an audience.
    As a rule, their opponents are the people of liberal views. They are well-read and often have relation to literature
and journalistic. By the way, we must note for fairness sake that literary men and journalists take place and among
apologists of the authorship of Sholokhov having born himself in 1905 in Ryazan province and having found himself
on Lower Don only in 1920 – at the very end of the Civil war.   

     Now some words are about the stages of the creation and publication of the novel itself. The first three parts of the novel were written in 1925 – 1932. They were published in the magazine “October” from 1928 up to 1932. The final part of the novel was completed in 1940. It was published in the magazine “Novi Mir”.      

     Now we will go through the all four parts of this literary work taking into consideration the above periods of its creation.

     The first part. It is undoubtedly best in the novel. The first part is describing the life of the Russian Cossacks on Lower Don during Years before the First World War and on the front where Gregory Melekhov, the major hero of the epic, is being war. A literarily qualified man at once would estimate the creative potential of the author of the novel, reading it. This potential is very great. At once the brilliant knowing of the Cossacks way of life on Lower Don draws attention on yourself and, it is not less important, the truest description of the hostilities, in the first place, of Cossacks cavalry. Huge impression made on me the episode of the novel where the author described a cavalry engagement between two having met cavalry mounted patrols – by German and Cossack. Hemingway wrote (I cite by memory): “To write about war impossible not having been on it”. I am sure, the above cavalry engagement was written by the author of the first part of novel from life although and by memory. Conclusion. The first part of the novel was written by a hereditary Cossack – by an officer as soon as, having soaked Cossack life with the mother milk and well having done some fighting at least during the First World War. I suspect, the novel was begun to written some years before this war. It was contemplated as the novel about the love of Gregory Melekhov and Aksinya.  However, the world and civil wars amended in the novel its cruel correctives.

     In the connection with the above said, I remember “Three musketeers” in Alexander Dumas-father, in that part where the brave musketeers are to marsh out to military campaign. They have to equipped themselves for own money. Like the musketeers, everyone Cossacks have to come for military service by full equipped bought at their own expense. Let us remember, how thoroughly the author of the first part of “Quiet Don” depicts the equip of Gregory Melekhov sending off sovereign service. No one small thing of the equip is lost. Dumas-father would approve! 

     The part two. It primarily depicts about political situation on the Lower Don after 1917. This part plays a role of a sort of small bridge between the first part of novel and by its third and forth ones. The second part is written very badly, no professionally. Literature stile of this part sharply differs from the literature one of the first part. There is very much of politics and very little about the head heroes of the novel.

     The parts three and four. They are about the civil war on the Lower Don and life tragedy of Don Cossacks, in particular, about the private drama of Gregory Melekhov and his beloved Aksinya. These parts favorable differ from the second part of the novel.  It senses the well professional level of the writer (writers) having written the second half of the epic, however the literature stile of parts three and four noticeable differ from the style of the part one. The style of the final parts of the novel is standard generally. The many authors can write in a similar way. If we take here into consideration also style of “Ploughed virgin land”, the style of which sharply differs from the style of “Quiet Don”, then it becomes full clear: a whole group of writers was writing the novel, however, its authorship was attributed only to Mikhail Sholokhov. I shall make some guesses on this occasion and about of that why today Russian authorities do not hurry and will not be to rush to open the secret of the origin of this literature work.

     Full evidently, the manuscript of the first part of the novel occurred in hands of some represents of Soviet powers,
for example, of Trotsky, some Years before 1925 when the real author of the first part of “Quiet Don” had already been
dead. By the way, Leo Trotsky was and by a talent writer among other things, and he could appreciate the novel.
I have written “for example, Trotsky. Of course, it could be no Trotsky, however it was somebody good understanding
of literature. Naturally, a problem stands: what must do with the masterpiece. Ones thought, thought, meanwhile
an actual question became having connected with the creature of the proletarian literature. Soviet authorities urgently
need proletarian talents, in particular, in the sphere of literature; it needs here to add as well that Maksim Gorky,
world famous known proletarian writer, does not hurry very much to return to his mother country where he would
be useful to the new power. May be, to create something like to new Aleksey Maksimovich and a little to put pressure
on Gorky at the same time? (May be, must we something create like to new Aleksey Maksimovich and put pressure
a little on Gorky at the same time?) To hint that he stays too long on his Capri!  An addition, there is an interesting
manuscript in our hands. And if does it to continue the written in the manuscript? It only needs to find a suitable author
for the novel. We shall act according to Napoleon’s principle – it is the main thing to get involved in the battle, and
there we will see. The author was found; the battle began. The first part is published, but further, the author fails full
fiasco – the second part of the novel is written very badly, no professionally. It does not matter! We will help! Meanwhile
a scandal is burns up: many people do not believe in Sholokhov authorship, including of many known literary men.
But if will the falsification be detected? Let this lad Sholokhov (Kuznetsov convicted of petty fraud!) just in case starts
to be rewriting a part of the novel by his hand, taking into consideration the correcting’s of his true author.
And here just right it is remembered my aunt from my father side – Sarah R. Gransberg, the member of  All-Union
Communist Party of the Bolsheviks since 1921. In the thirties of last Century, she held pretty responsible positions.
In particular, Aunt Sarah was the head of the western section of All-Union Society of the cultural connection with abroad.
Alexander Yak. Arosev, the father of the soviet outstanding actress of Zoya Aroseva, was in these Years by the Chief
of this Society. Alexander Yakovlevich was friends with yourself Molotov and very often spent time playing preference
in his company. It is clear, something infiltrates about the taking place on the top floors of the Soviet authorities
to their lower floors. The one of this leak concerns the manipulations with the first part of “Quiet Don”. Already,
the first hundred pages of the manuscript do are rewritten, and sudden the command from the high spheres – to stop
all this discussion! The author of the novel is Mikhail Aleksandrovich Sholokhov and is not somebody another!!  It is
said, it is made. As a result, there is no any public controversy about the authorship of the epic up to the sixtieth
of the last century – up to Solzhenitsyn’s statement. But after it, there is no any silence already – the squall of expose
articles (Bar Cella and others). And here the first hundred of the manuscript pages rewritten by the hand of Sholokhov
appear into light of God as the trump proof of his incontestable authorship. But here is the problem! This trump is last,
most likely, if we take into consideration the quantity of the manuscript pages in novel-epic – there must be much more
in it. Where are these? Most likely, these are absent! If these pages have been, they would long ago be shown us.There
is more one factor that plays against Sholokhov – it is an exclusive literary one. I keep in mind a specific connected with
the creation of the novel-epic. In order to create such literary work, it needs to have special talent, special mastership
which cannot be obtained with the mother milk. Such mastership can only crystalize in the course of time on the base
of the good knowing of life by the way of the author persistent work on yourself. There are no very much of the
outstanding novels of such kind in the world literature. I immediately name the followings: “War and the Peace”
by Leo Tolstoy (more correct the title of the novel in English would be “War and Society”); “The Forsyte Saga” by John
Galsworthy; “Les Thibault” by Roger Martin du Gard. We can to a certain extent rank among these epic and “A la
recherché du temps perdu” by Marcel Proust, however only to a certain extent because this novel is a novel-epic of
human soul.  The author of the novel-epic must own by filigrees technique at the construction of novel plot. Where
can this technique come at young poorly educated lad from? Let him be three times a genius from his birth, however
a mastery must more be worked. But was the mastery gained completely by him, if we took into consideration
“Ploughed virgin land” and “They fought for their country? Definitely not. The plot of “Ploughed virgin land” is enough
simple. As to “They fought for their country”, then we have here only the fragments of the novel and cannot speak
about any plot.
     But why today do Russian powers want to see as the author of “Quiet Don” only and only of Sholokhov?  Evidently,
if he is not the author then the author is not and certain… Rabinovich. It is improbably that it is Fedor Kryukov, and it is

very probable that it is Veniamin Krasnushkin (Victor Sevsky), shortly, Orthodox man and Cossack. In the light of last
world events having connected with different poisonings and with doping scandals, the logic of the Russian powers
is full clearly, if taking into consideration the logic of the collective West. Its logic is elementary like a mooing:
“Why, you see all these poisonings and doping are the logical continuation of all outrageous’ of Soviet Powers including
the history with the authorship of the novel-epic for the creation of which Sholokhov obtained Nobel Premium
in Literature in 1965. May be, do we introduce new sanctions against Russia having annulated Nobel premium
for Literature of 1965?”  Alas, they can do it! Oh, would not us have to answer and for the sins of Soviet powers? Well,

now the main conclusion from all said above: it is possible that Mikhail Sholokhov   
applied his hand in one way or another to the creation of the second, third and fourth parts of “Quiet Don”, but the first
part of the novel is written definitely no by him. However, he is not a plagiarist. Most likely, GPU (State political
administration) is by the true plagiarist, but a comrade Kuznetsov-Sholokhov is only a walking pen name. Shorter,
comrades from GPU took and accredited to him authorship – after all this lad knows very well to whom he must make
a little accrediting to the harvest!
     Towards the end, I have only to inform by what the knowing turned out for my aunt about the unqualified 
appointment of the Mikhail Sholokhov by the author of the novel-epic. In 1947 she was arrested and sent
to the political prison “Lefortovo”. There she was accused a whole bouquet of crimes. Aunt Sarah was a clever person,
and she well understood that it would need to plead partly guilty something – otherwise testimonies would be knocked
out from her in full value. Therefore, the aunt confessed without any compulsion – yes, she criticized of Stalin, who had
meddled in the collision connected with the first part of “Quiet Don”. As a result, It is 10 Years “with the right of the
correspondence”, i.e., without shooting.   
     My aunt returned from confinement in the start of 1955. She was rehabilitated after 20 CPSU Congress and then
restored in the Party having obtained personal pension. Everything seems to indicate, her taking with Arosev about
the role of Stalin in fate of the great novel was fixed with the help of a listening device (a bug) installed in her flat by
certain Engineer-electric Duchene being by an agent of NKVD.   
      

                                                                                

                                                                                 January 2020 – September 2021



 

ПОСЛЕДНИЙ КОЗЫРЬ

О рукописи первой части «Тихого Дона»

 

     Думаю, о романе «Тихий Дон» будут ещё очень долго говорить. Одни

продолжат с пеной у рта доказывать, что автором этого романа является Михаил Шолохов. Другие продолжат отрицать его авторство.   

     Первые в массе своей ура-патриоты, то есть народ, как правило, с антисемитским уклоном и не очень образованный. Доказательная база у этой публики в лучшем случае довольно примитивна, в худшем же просто отсутствует фактически – этого не может быть потому, что не может быть никогда. Спорить с подобным людом себе дороже.

     Оппоненты второй группы, как правило, народ либеральных взглядов, начитанный и частенько имеет отношение к литературе и журналистике. Впрочем, справедливости ради следует заметить, что литераторы с журналистами входят и в число сторонников авторства господина Шолохова, родившегося в 1905 году в Рязанской и губернии и оказавшегося на Нижнем Дону только в 1920 году, уже под самый конец там Гражданской войны.

     Несколько слов об этапах создания и публикации самого романа. Так вот, первые три его части, согласно данным, взятым мной из Википедии, были написаны в 1925 – 1932 годах и публиковались в журнале «Октябрь» с 1928 года по 1932-ой. Заключительная часть романа была закончена в 1940 году, и публиковалась в «Новом Мире» с 1934 года по 1940-ой.

     Пройдёмся теперь по всем четырём частям этого произведения, учитывая вышеприведенные сроки его создания.

     Часть первая. Бесспорно, лучшая в романе. Она повествует о жизни русского казачества на Нижнем Дону в годы, предшествующие Первой мировой войне, и на фронте, где воевал Григорий Мелехов, главный герой эпопеи. Опытный литератор, читая первую часть романа, сразу же оценит творческий потенциал его автора – он чрезвычайно велик. Сразу же обращает на себя внимание блестящее знание казацкого быта на Нижнем Дону и, что не менее важно, достовернейшее описание военных действий, в первую очередь казацкой кавалерии. На меня лично неизгладимое впечатление произвёл эпизод романа, где описывается рубка между собою двух повстречавшихся кавалерийских разъездов – немецкого и казацкого. Хемингуэй писал (цитирую по памяти): «Писать о войне, не побывав на ней, невозможно». Уверен, рубка двух разъездов была написана с натуры, хотя и по памяти, автором первой части романа. Вывод. Первая часть романа писалась потомственным казаком, офицером скорей всего, впитавшим казацкий быт с молоком матери и хорошо повоевавшим, по крайней мере в ходе Первой мировой. Подозреваю, роман начал писаться за несколько лет до начала её и задумывался как роман о любви Григория Мелехова и Аксиньи. Но мировая и гражданская войны внесли в него свои жестокие коррективы.

     В связи с вышесказанным, мне вспоминаются… «Три мушкетёра» Александра Дюма-отца, в той части, где бравые мушкетёры и их друг д’Артаньян должны выступить в военный поход, а посему полностью экипироваться за свои деньги. Так вот, все казаки, как и мушкетёры, обязаны были явиться по призыву на военную службу полностью экипированными за свой собственный счёт. Вспомним, как тщательно описывает автор первой части «Тихого Дона» экипирование Григория Мелехова, отправляющегося на государеву службу. Ни одна мелочь экипировки не упущена. Дюма-отец одобрил бы!

     Часть вторая. Повествует в основном о политической ситуации на Нижнем Дону после 1917 года. Часть эта играет роль своего рода мостика между первой частью романа и частями третьей и четвёртой. Написана она из рук вон плохо, не профессионально. Литературный стиль этой части резко отличается от литературного стиля части первой. Много политики и весьма мало о главных героях романа.

     Части три и четыре. Посвящены Гражданской войне на Нижнем Дону и жизненной трагедии донского казачества, в частности, личной драме Григория Мелехова и его возлюбленной – Аксиньи. Части эти выгодно отличаются от второй части романа. Чувствуется хороший профессиональный уровень писавшего (писавших) вторую половину эпопеи, однако литературный стиль частей три и четыре заметно отличается от стиля части первой. Стиль заключительных частей, в общем-то, стандартный. Так могли написать многие. Если добавить сюда ещё и «Поднятую целину», литературный стиль которой резко отличается от стиля первой части «Тихого Дона», то становится совершенно ясно – в написании знаменитого романа участвовала целая группа авторов, но авторство было приписано только Михаилу Шолохову. Выскажу ряд соображений по этому поводу, а также по поводу того, почему и сегодняшние власти России не торопятся и не скоро ещё будут торопиться раскрыть тайну создания этого литературного произведения.

     Совершенно очевидно, рукопись первой части романа попала в руки некоторых представителей советских властей, Троцкого, например, за несколько лет до 1925 года, когда истинный автор рукописи был уже мёртв. Кстати, Троцкий помимо всего прочего был ещё и талантливым писателем, и он не мог не оценить больших достоинств романа. Я написал, «например», Троцкий. Мог быть и не он, но это был человек, хорошо разбирающийся в литературе. Естественно, стал вопрос, а что же делать с этим шедевром? Думали, гадали, тем временем стал актуальным вопрос, связанный с созданием пролетарской литературы. Остро потребовались таланты из народа, к тому же и Максим Горький, всемирно известный пролетарский писатель, что-то не очень торопится возвращаться на родину, где бы он весьма пригодился новой власти. Не попробовать ли создать что-нибудь вроде нового Алексея Максимовича, а заодно и поднажать на него, чтобы не долго задерживался на своём Капри? Вот, кстати, и рукопись интересная имеется. Не продолжить ли написанное в ней? Остаётся подходящего автора для романа подыскать. Будем действовать по принципу Наполеона: главное ввязаться в битву, а там видно будет. Автора нашли, в битву ввязались. Первая часть публикуется, да вот дальше у «автора» не очень-то получается. Ничего – поможем. Между тем разгорается скандал: в авторство Шолохова многие не верят, включая известных литераторов. Как бы ни проколоться. Пусть-ка на всякий случай этот парень Шолохов (Кузнецов), получивший условный срок за приписки, начнёт переписывать своею рукою первую часть романа, учтя и правку его настоящего автора. И вот тут-то в самый раз вспомнить о моей родной тётушке с отцовской стороны – Сарре Рахмильевне Грансберг, членом партии с 1921 года, занимавшей в тридцатых годах прошлого века достаточно ответственные должности. В частности, она была заведующей Западным отделом ВОКСА – Всесоюзного общества культурной связи с заграницей. Руководил этим учреждением некто Александр Яковлевич Аросев, отец знаменитой нашей актрисы Зои Аросевой. Александр Яковлевич дружил с самим Молотовым и частенько проводил время за игрою в преферанс в его обществе. Понятное дело, кое-что из происходящего на самых верхних этажах советской власти просачивалось и на более низкие этажи. Одна из этих утечек информации касалась именно манипуляций с первой частью «Тихого Дона». Вот уже первые сто страниц переписаны, и тут команда из высших сфер – прекратить всю эту полемику! Автор романа Михаил Александрович Шолохов и никто другой!! Сказано – сделано. Как результат, никакой публичной полемики относительно авторства романа-эпопеи вплоть до шестидесятых годов прошлого столетия, до заявления Солженицына. А дальше пошло – поехало, Бар Села и прочие. Вот тут-то первые сто страниц рукописи, переписанные Шолоховым, и появляются на свет божий в качестве козырного доказательства его неоспоримого авторства. Да вот беда, козырь этот скорей всего последний, если принять во внимание объёмность романа-эпопеи – рукописных-то страниц в нём должно быть на-амного больше. Где они? А их скорей всего и нет. Были бы, давно бы их на свет божий вытащили. Против авторства Шолохова играет ещё один фактор, фактор чисто литературный. Я тут имею в виду особенности, связанные с созданием романа-эпопеи. Чтобы создать именно такое произведение, нужно иметь особенный талант, особенное мастерство, которое от рождения заполучить невозможно. Оно может выкристаллизоваться только с годами на базе хорошего знания жизни, путём упорной работы автора над собою. Классных романов подобного рода известно в мире не так уж и много. Назову навскидку следующие: «Война и мир» Льва Толстого, «Сага о Форсайтах» Джона Голсуорси, «Семья Тибо» Роже Мартена дю Гара. В известной степени к этим романам можно причислить и «В поисках утраченного времени» Марселя Пруста, но только в известной степени, поскольку это роман-эпопея человеческой души. Автор романа-эпопеи должен владеть филигранной техникой при построении сюжета произведения. Откуда у двадцатилетнего малообразованного парня она могла взяться. Пусть он был трижды гениальным от рождения, но требовалось наработать ещё и мастерство. А было ли оно вообще в полной мере наработано Шолоховым, если принять во внимание «Поднятую целину» и «Они сражались за родину»? Определённо нет! Сюжет «Поднятой целины» довольно прост, что же касается «Они сражались за родину», так тут мы имеем всего лишь фрагменты романа и говорить о каком-то его сюжете просто не приходится.

     Но почему же и сегодня российские власти автором первой части «Тихого Дона» упорно хотят видеть именно Шолохова? Ведь ясней ясного, если автор не он, так уж точно и не …Рабинович! Маловероятно, что это Фёдор Крюков, и весьма вероятно, что Вениамин Краснушкин (Виктор Севский), короче, человек православный, казак. В свете последних международных событий, связанных с разного рода отравлениями и допинговым скандалом, это вполне понятно. Логика Запада тут проста, как мычание: «Вы же видите, все эти отравления и допинги не что иное, как логичное продолжение всех безобразий Советской власти, включая, историю с авторством романа-эпопеи, за написание которого в 1965 году Шолохову была присвоена Нобелевская премия! А не ввести ли нам… новые санкции против России, аннулировав эту премию за 1965 год?». И ведь аннулируют! Ох, не пришлось бы стране наследовать и литературные грехи Советской власти! Ну а главный вывод из всего вышесказанного такой: не исключено, что к созданию второй, третьей и четвёртой частей «Тихого Дона» Михаил Шолохов в той или иной степени приложил свою руку, но первая часть определённо написана не им, причём плагиатором его считать никак нельзя. Плагиатором тут является скорей всего ГПУ, а товарищ Кузнецов-Шолохов всего лишь ходячий псевдоним. Короче, взяли да приписали авторство ему – он-то с приписками на ты.

     Напоследок мне остаётся лишь вкратце сообщить, чем обернулось для моей тёти знание о безоговорочным назначении Михаила Шолохова автором романа-эпопеи. В 1947 году моя родственница была арестована и препровождена в «Лефортово». Ей инкриминировали целый букет преступлений. Будучи человеком очень умным, тётя Сарра понимала, что в чём-то надо обязательно признаться – в противном случае показания в полном объёме выбьют. Она безо всякого принуждения и призналась – в критике Сталина, вмешавшегося самолично в коллизию, связанную с первым томом «Тихого Дона». Как результат, 10 лет с перепиской. Вернулась из заключения в начале 1955 года, после двадцатого съезда была реабилитирована, восстановлена в партии и получила персональную пенсию. Её разговор с Аросевым относительно вмешательства Сталина в судьбы гениального романа был, судя по всему, зафиксирован через подслушивающее устройство, установленное в её квартире неким Дюшеном, агентом НКВД.

 January 2020 – September 2022

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

    

f

     “

    

                                                                                

                                                                                


 

 

 

 


Эмиль Вейцман (evveitsman@gmail.com )

НАУЧНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ КАК ТОВАР

     Да, сегодня наука есть древо познания, но это очень специфическое древо. Различные плоды вызревают
 на нём, и мы можем покупать их и продавать. Плоды эти называются научными статьями. В таком случае научные
журналы являются по сути дела рынком, и мы, исследователи, стремимся на него прорваться – в том числе в качестве
продавцов нашего товара. Однако для многих из нас это весьма сложная проблема, учитывая специфику этого
рынка. Тут в самый раз сказать несколько слов о самих научных журналах.
     Есть журналы, где автор не платит за публикацию статьи, и есть журналы, где он 
делает это (так называемый “Open accept”). Журналы первой категории имеют, как правило,
очень солидную репутацию и высокий рейтинг.
Журналы второй категории чисто коммерческие. Разумеется, авторы изо всех сил стремятся
опубликовать свои научные работы в журналах первого типа, поскольку это очень престижно,
да вот беда – это тот случай, когда «много званных да мало избранных!». Чтобы твою
статью опубликовали в престижном международном журнале, не взяв с тебя денег
за публикацию, необходимо получить на неё две положительные рецензии от референтов этого
 научного издания. Если ты не имеешь в качестве соавтора (соавторов) учёного с громким научным
 именем в данной области науки, то твои шансы получить положительные отзывы на свою статью
 очень малы. Более того, ты имеешь все шансы вообще не получить какого-либо полноценного
отзыва, так как, например, какой-нибудь ассоциированный с этим журналом редактор
может написать тебе, что твоя статья не что иное, как чушь собачья. И жалуйся, кому хочешь!
Редактор может даже отклонить статью, получившую положительный отзыв рецензента.
Именно так сделал некто Л. Домбровски (L. Dombrovsky) из международного журнала
«Тепло- и массоперенос». Не имея возможности отклонить мою статью согласно отрицательной
рецензии, сей учёный муж «вывел статью из под рецензии» и отклонил её согласно своим
соображениям, найдя в ней какие-то дефекты. В качестве одного из них фигурирует объём
статьи. Он, какой ужас(!)… невелик. Увы, мистер Домбровски явно не научный спартанец.
     Ниже я приведу ещё несколько подобного рода примеров из моей персональной практики, но для начала
 несколько слов о рукописи одной моей статьи, которую раз за разом я посылал в различные научные
 журналы России и других стран.  Статья касается пространств и
дальнодействующих сил, создающих эти пространства. Последние имеют размерность
от нулевой до энной. Мной была сформулирована и строго доказана теорема, связывающая
размерность пространства с рангом дальнодействующих сил, создавших их.
Иными словами, установлено взаимно однозначное соответствие между силами и
реальными пространствами.         
     Получив результат, я оформил его в виде научной статьи и решил послать рукопись в 
некий научный журнал, имеющий также отношение и к математической физике. Были созданы
 две версии моей научной работы –русская и английская. Я знал, статья не будет
опубликована в журналах, куда я хотел её послать, но я надеялся получить рецензию на
мою работу. Так вот, прежде чем я получил наконец отзыв на статью, я получил от
редакторов  журналов несколько совершенно идиотских ответов. Впрочем, полученная
рецензия была также вполне идиотской. Ниже я приведу цитаты как из этого отзыва, так и из
редакторских ответов, но для начала несколько слов относительно того, что бы сделал я сам, буду-
чи рецензентом такой статьи.
     Если бы я был рецензентом статьи подобного рода, то прежде всего установил бы, известна ли
 уже такая теорема. Если не известна, то проверил бы правильность её доказательства и
т.д. Однако и рецензенты, и редакторы избрали совершенно другие методы оценки моей работы.
 Ниже привожу выдержки из подобного рода «оценок» и мои комментарии к ним.

     

 


    


1. Сибирский математический журнал. Рецензент считает, что в статье нет математического содержания.

     Мой комментарий. Вот те на! Имеется теорема! Имеется доказательство! Имеется множество математических формул и…никакой математики в статье. Математика, ау! Где ты?!   

     2. Журнал экспериментальной и теоретической физики (Россия). Бюро журнала считает, что статья носит методический характер, но журнал не печатает статей подобного рода.

     Мой комментарий. Если статья методическая, то её содержание должно уже быть известно – то есть автор просто-напросто изложил по-новому представленный в статье материал. Пожалуйста, укажите мне источник, в котором суть статьи уже опубликована!

     3. Physical Review D (Физикел Ревью Д). Некто Эрик Вайнберг, редактор  журнала, пишет мне , что моя статья «чересчур спекулятивна и далека от уровня текущих исследований в данной области, чтобы быть опубликованной в данном научном издании».

     Мой комментарий. Ну что я могу тут комментировать?! Я могу только повторить: в работе приведены теорема и её строгое доказательство. Я всё сказал в моей работе, что мог сказать. Я подозреваю, что мистер Вайнберг не имеет высокой научной квалификации в области пространств и гравитации.

     4. International Journal General Relativity and Gravitation
(Международный журнал Общая теория относительности и гравитация).

           Аихэй Аштекар, шеф-редактор журнала, пишет мне, что «технический и концептуальный уровень данной статьи много ниже, чем у статей, нормально публикуемых в международных исследовательских журналах, таких как Гравитация и общая теория относительности. Поэтому я рекомендую статью отклонить».

     И так далее в соответствии со списком научных журналов.

     Мой комментарий будет очень краток: см. выше, п.3.

     Наконец я посылаю текст моей статьи в The Journal “Mathematics and Statistics” («Математика и статистика») . Это коммерческий научный журнал. Через некоторое время получаю следующий отзыв:    

     «Интересная работа. Я предлагаю расширить вводную часть за счёт ряда других работ, посвящённых новым моделям вселенной, замечу также, предположения автора могут быть применены в более общем контексте, связанном с реальными пространствами. Ясно написанная статья с точной информацией. Нет ссылки относительно возможности или невозможности использования теории в более общей модели пространства-времени».

     Далее рецензент отмечает, что оригинальность и ясность изложения материала на очень высоком уровне, глубина исследования хороша. Словом, рецензия почти блестящая.

     Кто-то скажет, «Вы заплатили деньги за публикацию своей статьи в журнале!». Да, заплатил, но я не платил именно за блестящую рецензию. Блеск тут на совести рецензента! Статью бы напечатали, если бы рецензия оказалась просто удовлетворительной.

     Заключение.

     Деньги сделали своё дело. Они могут работать и на истину! Короче, деньги нейтрализуют в известной степени и нездоровую конкуренцию в науке.

     Александр Сергеевич Пушкин писал: «Не продаётся вдохновенье, но можно рукопись продать». Сегодня, как правило, научный манускрипт продан быть не может, но мы имеем возможность выставить наше вдохновение на всеобщее обозрение, заплатив деньгами за публикацию наших научных идей. Таков сегодня научный рынок в нашем мире. Такова научная жизнь. Увы!

         

 

 

 

                  

Emil V. Veitsman      

SCIENTIFIC ARTICLES AS A COMMODITY

 Yes, nowadays science is still a lignumque scientiae, but a very specific one. Different fruits ripen on it, and we may sell and buy them. These fruits have a name: “scientific articles”. And as a result, the Scientific Journals became a market place, and we, scientists – besides other objectives – are striving to break through at it as the sellers of our production. For many of us it is a very difficult task to succeed, especially, considering the character of this pretty special market. Thus, it seems quite appropriate in this connection to say several words about the Scientific Journals with regards to papers submissions.

  Today, there are two kinds of them: the Journals where the authors of the articles do not have to pay for their publications, and those where the authors must do it (the so-called “open acceptance”). The Journals of the first kind are the ones that have, as a rule, a solid established reputation and high ratings. The Journals of the second kind are purely commercial.

 Of course, the authors would prefer to be published in a Journal of the first kind – it is very prestigious, but there is a great problem: “Many are called, but few are chosen”! In order for your article to have a chance to be published in this kind of Journal - your submission have to receive two positive peer-reviews from the pool of the reviewers of this scientific edition. If you do not have a co-author (-s) with an established scientific record in the given sphere of science, then, the chances of getting positive reviews are very slim. What’s more, you, generally, have all chances not to receive any full-fledged review at all, since an editor, or whoever associated with the journal can write to you on a whim that your article is a drivel and total nonsense. And complain as much as you wish!

  Moreover, an editor can even reject an article that did receive a positive review! That, for example, was the case with me involving a certain Mr. Leonid Dombrovsky, an associate editor from The International Journal “Heat and Mass Transfer”. The said editor could not reject my submission on the grounds of a “negative review”, so, he re-classified it under the category of “not-reviewable” and declined to publish the manuscript in full accord with his “personal” opinion of “it having certain defects”. One of those was the “volume of the article”. It is – oh horror! –too short! Alas, Mr. Dombrovsky is obviously not a scientific Spartan!

  Below I will present a few more examples from my personal experience, but, at first, here are some comments on an article which I again and again was sending to various scientific Russian and foreign Journals. The said article concerns spaces and long-ranged forces that create these spaces. The latter have dimensions ranging from zero to “n”. I have formulated and rigorously proved a theorem which connects the dimensions of spaces with the rank of the long-ranged forces that implement them. In other words, a one-to-one correspondence was established between these forces and spaces.

  It is based on these results that I decided to submit the article to the Journals specializing in mathematical physics. I made two versions – in Russian and in English. I knew beforehand that there are no chances for me that the article would be published in more “relevant” (to the subject matter) periodicals, but hoped to receive, at least, from the above-mentioned, pretty narrow-specialized ones, some adequate professional review. The fact is that I already had collected some absolutely idiotic responses from the editors of the “relevant” Journals, but, as it turned out, the “desired” ones I’ve received were pretty dumb. I’ll give some exemplary quotations below, but, first, let me share my thoughts on what I would do if I, myself, were a reviewer of such an article.

 As a responsible and serious reviewer I, of all things, first would establish the fact of whether such a theorem already exists. If there is no such a theorem in mathematical physics, then I would check whether it is correctly and flawlessly proven, and – so on…

 However, the reviewers and editors have chosen some other methods of “appreciating” my work. Below are the excerpts that illustrate these “appreciations”, and – my comments to them.

 1.     Siberia Mathematical Journal.

 A reviewer considers that there is no any mathematical content in the article.

 My comment. There is a theorem! There is a proof! There are multiple mathematical formulae and equations… and – there is no mathematics in the article? Hey, mathematics, where are you hiding?

 2.     The Journal of Experimental and Theoretical Physics (Russia).

 The bureau of the Journal considers that the article is a methodological one, but the Journal does not publish articles on methodics.

 My comment. Thus, if the article is a methodic one, then, its content should be known and the author just expounded the existing material differently. Please, show me the source where the material was already published!

 3.     Physical Review D.

 Mr. Erick J. Weinberg, an editor of this Journal, writes me that my article is “too speculative and far from the level of current researches in the field suitable for Physical Review D”.

 My comments. What can I comment here? I can only repeat: there is a theorem and its proof in the article. I have all said in my work that I could possibly say. I suspect that Mr. Weinberg does not possess an adequate qualification in the field of space and gravitation theories.

 4.     General Relativity and Gravitation.

 Dr. Abhay Ashtekar, Editor-in-Chief writes me that “The technical and conceptual level of this paper is far below that of articles that normally appear in international research journals such as GRG. Therefore, I recommend rejection”.

 My comments. See above, item 3.    

  Now, I am sending my article to the commercial “Mathematics and Statistic” journal (Publishing House “Horizon Research Publishing”). In due time I am receiving the following review:

  “Interesting paper. I suggest the expansion of the introduction with some references on the new model of the Universe, and a note that the author’s observations can be applied in a more general context, i.e., to the real spaces. Clear written paper with precise information. Not mentioned the possibility that the theory can or cannot be expanded to reflect a more general model of space-time”.

  Further the reviewer notes that the originality and clarity of presentation are excellent, the depth of research is good. In a word, the review is beyond all praise.

 Somebody would say: “You have paid money for publishing!” Yes, I have paid, but I had not paid for the “excellent” of this review. The unwarranted praise here is totally of the reviewer’s solely. The article would have been published anyway even if the reviewer would have been not so explicit in his great acclamation.

 Conclusion.

 Money did what they are usually capable of. They can work for the benefit of the Truth. Or, to put differently, neutralize, to some extent, the inferior completion in science.

 The Great Russian poet Alexander Pushkin wrote: “You never trade your inspiration, but have to sell your manuscript”. Now, as a rule, scientific manuscripts cannot be sold, but we can put our inspiration on a public display paying out of our own pockets for the publications of our scientific ideas. Such is the state of the nowadays scientific market in the world. Such scientific life is. Alas!..

 

 

 

 

 

    

 

 

 

 

 

 

 

 

     

 

 

 

 

 

 

 

    

 

    

 

  

 

    

 

 

 

 

Воспоминания о…Сталине

Emil’ V. Veitsman (Moscow,Russia; tel. 8-499-252-4313)

ПЛАГИАТ  В  ЗАКОНЕ

В сентябре 2002 года, то есть более пятнадцати лет тому назад, в одной из центральных газет мной была опубликована статья под названием «Ретрограды против шарлатанов». В ней, в частности, рассматривались вопросы, связанные с рецензированием научных статей. Моя публикация вызвала гнев академика Виталия Гинзбурга (ныне покойного), назвавшего меня невеждой и демагогом и заявившего, что я против научной экспертизы статей, присылаемых в редакции научных журналов. Последнее утверждение маститого учёного совершенно не соответствовало действительности. В моей публикации я не отрицал необходимость рецензирования научных статей, причём рецензирования «по-чёрному», – когда авторам статей имя референта не сообщается и судьба научной работы целиком и полностью зависит в первую очередь от добропорядочности «чёрного оппонента». Подчеркну, в первую очередь от добропорядочности, а уж потом от его научной квалификации, которая, конечно же, тоже очень важна. Увы, от такого, зачастую инквизиторского, рецензирования никуда не денешься, но ведь как-то надо ограничить этот инквизиционный момент. И наконец, а каким образом оградить автора научной статьи, рукопись которой послана на рецензию, от заимствования рецензентом какой-нибудь новой идеи, сформулированной в реферируемой работе? Да-да! Оградить от плагиата(!) – статья рецензентом «режется» и при этом имеет место кража некой идеи, в ней представленной. В моей научной практике мне самому довелось сталкиваться с плагиатом, замешанным именно на «чёрном рецензировании», не говорю уже о вполне легальных заимствованиях идеи – о плагиатах «в законе» и «по-понятиям». Последние два являются неотъемлемой частью научной практики, особенно российской, в которой наука находится в полуфеодальном состоянии. Впрочем, поскольку вопросы научного заимствования тесно связаны с рецензированием научных статей, постараемся уяснить, что же вообще-то полезного дают эти самые научные рецензии.

Весьма уважаемый мною профессор Семенченко Владимир Ксенофонтович (ныне покойный) считал, что легче всего опубликовать статью среднего уровня и очень тяжело пробить в научной печати статью выдающуюся или откровенно слабую. Не менее мною уважаемый Нильс Бор как-то высказался по поводу какой-то научной статьи, содержащей, по мнению её оппонентов, некую безумную идею. Великий учёный сказал:

–А достаточно ли она безумна, чтобы быть верной? 

И тут в самый раз вспомнить казус с неэвклидовой геометрией, приключившийся почти два столетия назад.

Как известно, основы неэвклидовой геометрии были заложены сразу несколькими учёными, в первую очередь Гауссом, венгром Больяй и  Николаем Лобачевским. Кроме них в это же время над аналогичными проблемами работали немцы Вахтер и Тауринус. Результаты, полученные двумя последними, в большей или меньшей степени приближались к результатам полученным гениальным Гауссом. И что же? А вот что.

Суперосторожный Гаусс не отважился опубликовать полученный им столь «безумный результат»; более того, великий математик не рискнул дать публичную оценку работам Лобачевского, Больяй, Вахтера и Тауринуса, приславшими ему рукописи своих работ. Далее произошло следующее. Больяй и Тауринус сошли с ума в конечном итоге. В свою очередь, Лобачевский, не испугавшийся опубликовать полученные им результаты, подвергся травле со стороны коллег-математиков. Особенно тут постарался знаменитый русский учёный Остроградский.

Историй подобного рода в науке известно предостаточно, вспомним хотя бы недоучившегося студента Эвариста Галуа (теория групп), судового врача Роберта Майера (закон сохранения энергии), подполковника Белоусова (реакция Белоусова-Жаботинского). Так что и Нильс Бор, и Владимир Семенченко полностью правы, а, стало быть, вывод из сказанного выше совершенно очевиден: «чёрные рецензии» нужны в первую очередь в качестве некоего фильтра, отсекающего откровенно слабые работы. К выдающимся работам они, как правило, никакого отношения не имеют.  Впрочем, в некоторых научных журналах рецензии надо ещё “удостоиться” – статью ведь могут отклонить и без неё, на стадии предварительного рассмотрения. Подобного рода практика имеет место в очень солидных научных изданиях, например, в Physical Review, где рассмотреть по полной программе все присылаемые рукописи нежелательно из-за их обилия; в противном случае возрастут расходы на издание журнала и, что не менее важно, увеличатся сроки опубликования научной работы. Короче, неумеренному «научному приливу» надо как-то противодействовать. Совершенно очевидно, что на стадии предварительного рассмотрения присланной рукописи может иметь место редакционный произвол, и он  может коснуться также статей и очень высокого уровня – если имена их авторов  мало кому известны.

     Теперь о научных статьях среднего уровня, решающих частные проблемы в рамках тех или иных научных направлений, давно сформировавшихся.

     Квалифицированные рецензии на статьи этой группы могут быть весьма полезны, если объективны и содержат конкретные рекомендации по устранению тех или иных недочётов, допущенных при проведении исследований и при изложении полученных результатов. Впрочем, если присланная рукопись попадёт на рецензию к учёному, придерживающемуся иного мнения по затрагиваемому вопросу, то отзыв специалиста будет почти всегда отрицательным. Вот вам и все достоинства «чёрного рецензирования» научных статей. Оно, как мы видели, частенько весьма сомнительно, но без него, увы, никак не обойтись – в противном случае наука может совсем захлебнуться в творческих и нетворческих склоках, которых и так хватает с избытком в научной деятельности.

     Между тем, «чёрное рецензирование» обладает, помимо всего прочего, одним очень существенным недостатком – оно создаёт довольно широкие возможности для плагиата. В связи с этим приведу историю, случившуюся в моей научной практике.  

     Много лет назад я направил на рассмотрение в журнал «Известия Академии наук СССР. Металлы» (сегодня просто «Металлы») научную статью. Помимо меня в её авторах значился также и заведующий кафедрой, на которой я тогда работал. Статья касалась скорости выгорания углерода из железоуглеродистого расплава. В этой научной работе была, в частности, сформулирована некая идея, дающая ключ к разрешению рассматриваемой проблемы. Статью отклонили. Тут следует отметить такой факт. В состав редколлегии вышеупомянутого журнала входил некто профессор Я. , большой авторитет в области производства стали. Именно этот человек курировал в данном научном издании  вопросы, связанные со сталеварением.

     Прошло какое-то время, и вот уже в другом журнале, «Известия ВУЗОВ. Чёрная металлургия», появляется статья, авторами которой значатся уже известный нам профессор Я. плюс двое его сотрудников. Во вновь опубликованной статье фигурирует также и идея, сформулированная мной в отклонённой статье. Остаётся добавить, в составе редколлегии журнала «Известия ВУЗОВ. Чёрная металлургия» значился тот же самый профессор Я. Напрашивается вывод: с высокой степенью вероятности можно утверждать – имел место плагиат! Вот только попробуй докажи. Себе дороже станет. Словом, пощипали. Как тут не вспомнить так называемых «щипачей», карманных воришек, облегчающих в толкучке карманы граждан.

Впрочем, справедливость в конечном итоге всё же восторжествовала в известной степени. Спустя лет пятнадцать мне довелось заняться «Теорией графов», одной из составляющих которой является теорема  Форда и Фалкерсона «О максимальной потоке и минимальном разрезе». Эта теорема в самом общем виде давала ключ к определению узкого звена или совокупности звеньев того или иного технологического процесса. Естественно, радости моей не было пределов. Я немедленно заново рассмотрел процесс выгорания углерода из железоуглеродистого расплава, но уже с использованием вышеупомянутой теоремы. Статья была направлена мной в «Журнал физической химии». На этот раз она попала на рецензию приличному человеку, профессору Тёмкину, Олегу Наумовичу. Он позвонил мне и предложил встретиться. Мы встретились. Олег Наумович попросил меня учесть несколько его замечаний, вполне справедливых. Я учёл их, и статья была опубликована. Ещё лет через четырнадцать в развитие этой статьи я написал новую работу, послав её в уже известный нам журнал «Металлы». Там меня тоже ждал успех благодаря положительной рецензии профессора Бронфина. Так что цена научной экспертизы статей, о которой толкует академик Гинзбург, мне очень хорошо известна. Повторюсь, без неё никак, вот только берегись плагиата!

     Впрочем, в науке, во всяком случае, российской, он давно утвердился  вполне легально, являя собою по сути «плагиат в законе» («по-понятиям»). Сейчас широко распространено мнение, что наука в наши дни делается преимущественно в больших  коллективах, ну а ими, как мы знаем, руководят большие научные начальники. Последние могут и не принимать непосредственного участия в тех или иных исследованиях, формально являясь, тем не менее, научными руководителями проводимых работ. Само собою разумеется, любая публикация, информирующая о полученных результатах в данной сфере науки или техники, будет содержать в качестве автора и «дорогого шефа». Как результат, количество его публикаций может разрастись до неприличия – бывает, и за тысячу зашкаливает. Вот только количество в данном случае далеко не всегда переходит в качество. Научное, разумеется. Естественно, далеко не все научные начальники столь беспринципны, да вот только не так-то просто начинающему учёному опубликовать свою работу в научном журнале без помощи имени своего влиятельного руководителя. Тут уж хочешь не хочешь, а сам его попросишь быть автором публикации, а заодно и «плагиатором поневоле».

     В России путь к защите диссертации тесно связан у соискателя учёной степени с публикацией научных статей в журналах, которые фигурируют в списке ВАКа. Но не одним ВАКом жив учёный. Есть и сегодня так называемые «незапланированные чудаки», рождающие в одиночку выдающиеся идеи и не желающие делиться ими с сильными научного мира. Не секрет, что многие из последних стремятся взять под полный свой контроль направление, в котором доминируют. Более того, как мы уже видели, они не гнушаются и явным пиратством. Тут-то как быть?

    До последних времён борьба с этими научными пираньями была крайне затруднительна, но сегодня ограничить их аппетит уже возможно – в связи с появлением за рубежом большого количества научных журналов, в которых за плату можно опубликоваться. Естественно, журналы эти не фигурируют в списке ВАКа, хотя они и гарантируют авторам присылаемых манускриптов, “peer review, то есть экспертную оценку их высокого качества. Это, конечно, не так, поскольку эти издательства заинтересованы в опубликовании присланной рукописи и поэтому, честно говоря, не очень заботятся о своей репутации. Но главное – они публикуют! Некто Андрей Заякин в своей статье («Не надо жалеть денег на науку». №100 от 11 сентября 2017), опубликованной в «Новой газете», называет такие научные журналы «хищниками», имея, вероятно, в виду, что они охотятся за деньгами учёных, которые не сумели пробиться на страницы солидных научных журналов. Но лучше уж хищники, поедающие твои кровные, чем научные пираньи, беспардонно пожирающие твои научные идеи. Стало быть, не хочешь делиться со своими научными идеями, не желаешь стать жертвой плагиата, поднажми на английский, зарабатывай деньги и публикуйся. Столби участок!  Тут уж «научным рейдерам» развернуться будет значительно сложнее. Если идея твоя чего-то стоит по большому счёту, её рано или поздно заметят. Хотя и тут нет полной гарантии, что тебя не попробуют обворовать, учитывая хорошо налаженную практику обхода патентов на изобретение – путём разного рода добавлений и изменений, преимущественно второстепенных, внесённых в опубликованный уже материал. Вот только он уже опубликован под твоим именем, и, стало быть, есть юридическая возможность обратиться в суд за защитой своих авторских прав. Короче, «И вечный бой! Покой нам только снится…». Эти строки из Александра Блока хорошо характеризуют образ жизни любого творца, включая творца науки.

     

    

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


 С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ПРАБАБУШКИ
     Одна из моих прабабушек, которую звали Фейгой, говаривала, что есть три вида ума: от природы, 
от образования и от жизни. Про ум «от природы» мы поговорим попозже. Ум «от образования» это, как
представляется мне, совокупность информации, полученная в процессе обучения и помогающая правильно
ориентироваться и в жизни, и в профессиональной деятельности. Ну а «ум от жизни» - это, так называемый,
жизненный опыт. Естественно, все эти три ума существуют не отдельно друг от друга, а в определённой
взаимосвязи друг с другом.
     Три года тому назад Сергей Алексеевич Золовкин, обосновавшийся на форуме «Новой газеты» в качестве 
модератора, объявил меня психически неполноценным, показав мне заодно «красную карточку».  Некоторые
участники форума «Новой газеты» с восторгом поддержали моё удаление с форума. Среди этих «некоторых»
оказался и некто Аскользин, горячо поддержавший вышеозначенного модератора, дав заодно понять, что не
считает меня умным человеком, ибо умные люди совершают умные поступки, даже не будучи интеллектуалами
и, более того, энциклопедистами. Золовкин немедленно поблагодарил Аскользина за поддержку. Словом, два
сапога, образовали крепкую пару. Сапожную.
    Поначалу я последовал рекомендации Пушкина, данной им в его «Памятнике»:
     «Веленью Божия, о Муза, будь послушна,
    ………………………………………………
     И не оспаривай глупца».
    Вот только Муза (сатирическая), возможно, и по Божьему указанию, со временем предложила мне 
прокомментировать высказывания в мой адрес вышеуказанных господ, разъяснив им по ходу дела кое-что
относительно мудрости иглупости.
     Начну с моей психической неполноценности:
    «Я сумасшедший? Мне совсем не горько
    Подобное услышать в сотый раз,
    Вопрос лишь в том, безумен ли настолько,
    Чтоб мог мне дать Всевышний мастер-класс».
    Думаю, Он дал его мне, позволив изобрести новый вид эпиграмм – эпиграмм-близнецов, и вид этот родился
не в последнюю очередь благодаря господам Золовкину и Аскользину. Господа, гордитесь – у вас появились
реальные шансы стать в один ряд с графом Воронцовым и князем Дундуковым-Корсаковым!
   Мне восемьдесят второй год, и мне в жизни неоднократно приходилось слышать в свой адрес, что я 
сумасшедший. Более того, мне неоднократно приходилось бывать в психиатрических клиниках и
психоневрологических диспансерах! Погодите! Погодите торжествовать и восхищаться своей прозорливостью!
Я посещал вышеупомянутые заведения по делам, связанным с третьими лицами, и никогда не состоял на
учёте у психиатра. А вот Нильса Бора, гениального физика, очень уважаю, в том числе за природную мудрость.
Вот одно из её проявлений, заключённое в подтексте вышеприведенного четверостишия. Однажды в ходе
научного семинара, на котором присутствовал Нильс Бор, обсуждалась некая физическая теория, в ходе
которой некий научный «Аскользин», заявил, что теория эта безумна. На это заявление  Бор немедленно
отреагировал следующими словами:
     -Достаточно ли эта теория безумна, чтобы быть верной?!
     Как видите, гениальный физик и моя прабабушка Фейга одного поля ягоды – оба обладали большим природным
умом. Ну а что же это такое, природный ум?! Если следовать гражданину Аскользину, почитателю сомнительного
таланта Быкова-Зильбертруда, христианина и радетеля ассимиляции богоизбранного еврейского народа, то умный
человек это человек, который совершает умные поступки. Если далее следовать той же логике Аскользина,
то умные поступки это поступки, которые совершает умный человек. И т.д., и т.п. До бесконечности. Дамы и
господа, не напоминает ли Вам логика Аскользина белку в колесе?
    Как видите, прабабушка моя пригодилась не только в деле моего появления на свет Божий, но также оказалась 
очень полезной в деле разрешения некоторых вопросов жизненной философии. А какая, простите, польза
от таких либеральных господ, как Золовкин, Аскользин, Зильбертруд-Быков и далее по списку? Впрочем, вопрос,
 похоже, риторический.
     Рискну дать определение умного от природы человека. Так вот, умный от природы человек это человек, 
который интуитивно видит сущность вещей и связи между ними такими, какие они есть на самом деле. Подобное
понимание положения вещей позволяет совершать поступки, как правило, мудрые, с достаточно высокой
вероятностью. Мудрость – это не только хорошо от природы поставленная логика, это ещё и интуиция, данная
от Бога.
    Несколько слов об уме от образования.
    Согласно Аскользину, интеллектуалы и энциклопедисты могут быть людьми и неумными. Могут вообще-то, 
вот только вероятность этого невелика, ибо, приобретя много знаний, человек в большинстве случаев не может
не набраться ума-разума. Из тех же книг.
     В конце моего эссе хочу поделиться открытием, совсем недавно сделанным мной. Я сформулировал его в виде 

эпиграммы-рубаи, подражая Омару Хайяму:
                            Дебилам логика иного мудреца
                             От самого начала до конца
                             Чужда настолько, что глупцы обычно
                             На мудреца глядят как на глупца.
 
Ну а вообще-то, 
                             Жизнь людская дьявольски сурова,
                             Временами нет её подлей,
                             Потому сойти с ума не ново,
                             Но и быть нормальным не новей.
 
Особенно «не новей», обладая интеллектом Аскользина или Золовкина.
 
 
                                        
 

 

 

    ………………………………………………
    
 
  
  
            
 

 

 
 
 
 
                                        
 

 

 

 

БЕСОВЩИНА  В  АКАДЕМИИ, ИЛИ ВСЕРЬЁЗ И В ШУТКУ

                           DEVITRY IN ACADEMY, OR SERIOUSLY AND FOR FUN

В далёком уже 2002 году году в «Независимой Газете» была опубликована моя статья, озаглавленная «Ретрограды против шарлатанов». Статья эта была откликом на книгу академика Э.П.Круглякова “«Учёные» с большой дороги”, посвящённая разоблачению так называемой лженауки. Моя критика в адрес книги господина Круглякова вызвала взрыв ярости со стороны патриарха российской академической науки академика В. Л. Гинзбурга, обрушившегося на меня со всей мощью своего немалого авторитета. В частности, академик обвинил меня в том, что я против научной экспертизы статей, присылаемых в научные журналы. Между тем, ничего подобного в моей статье написано не было. Речь в ней шла, помимо всего прочего, о злоупотреблении так называемыми «чёрными рецензиями», то есть рецензиями на научные статьи со стороны анонимных оппонентов.

    Прошли годы… Скончался В.Гинзбург, скончался Э. Кругляков, причём первый из них незадолго до своей кончины был удостоен Нобелевской премии по физике. То, что почтенные академики считали «лженаукой», продолжает благополучно существовать и сегодня, а отечественная наука как находилась, так и продолжает находиться в полуфеодальном состоянии. Ничего-то в ней не изменилось по большому счёту, включая экспертизу научных статей. А вот за рубежом по этой части случились заметные подвижки, и о них стоит поговорить. Но сначала несколько слов о «чёрных рецензиях».

    Слов нет – они необходимы, но следует чётко представлять себе их истинные возможности как с положительной, так и с отрицательной стороны. Так вот, «чёрные» рецензии необходимы прежде всего или для отсева откровенно слабых статей, или же для статей, содержание которых не соответствует направлению данного научного издания. Эти же самые рецензии могут оказаться полезными для последующей доработки и переработки присланного в редакцию материала. Подчеркну, материала преимущественно среднего качества. Вот только в науке, как и в любой творческой среде, бушуют те ещё страсти и кипит та ещё подковёрная борьба. Если статья не соответствует взглядам «чёрного» оппонента, то держись! Будь она хоть сто раз гениальной. Впрочем, в подавляющем большинстве случаев оценить по-настоящему гениальную научную идею анонимные рецензии не способны, ибо подавляющее большинство «чёрных» оппонентов люди совершенно заурядные, научный служивый люд с учёными степенями.  До Нильса Бора и немногих равных ему им очень далеко. Помнится, кто-то в присутствии этого гениального физика назвал чью-то идею безумной. Мудрый Бор ответил на это: «Достаточно ли эта теория безумна, чтобы быть верной?!» «Чёрные рецензии» не для гениальных научных работ, да что там гениальных – они и не для статей, заметно превышающих средний уровень, разве что их автор крупный научный авторитет или же научный босс, ловко присоединившийся к чужому открытию.  Это прекрасно поняли на Западе и приняли ряд мер, способных хоть как-то смягчить «чёрный произвол». Вот, что там придумано.

   Во-первых, автору (авторам) предлагается, бывает и в категоричной форме, представить в распоряжение редакции несколько имён потенциальных оппонентов, способных дать отзыв на поступившую в журнал рукопись. Число таких оппонентов колеблется обычно от трёх до пяти. Во-вторых, автор или авторы могут попросить редакцию не посылать рукопись на отзыв такому-то или такому-то. В-третьих, в настоящее время на Западе сегодня широко практикуется так называемый “open accept”. Что это такое? Это публикация статьи в коммерческом научном журнале. Ты посылаешь статью в такое издание, и, если статья соответствует его направлению и благополучно прошла стадию рецензирования, её публикуют, получив от тебя соответствующую плату за публикацию. Важно отметить, в последнем случае время выхода статьи в свет максимально сокращено, и она существует в двух версиях – бумажной и электронной. Последняя версия подразумевает появление научной работы в Интернете. Так что дерзай, овладевай английским языком, зарабатывай и публикуйся. Деньги многое решают, а главное, тут уж тебя так просто не обворуют дорогие коллеги и ты можешь не делиться с научным начальством.

    А вот у нас в России пока что существенных изменений в области публикации научных работ, по большому счёту как не был, так и нет. Приведу несколько примеров из собственной научной практики. Они сногсшибательны. Пример первый.

     Несколько лет назад я послал в академический журнал «Теоретические основы химической технологи» статью. Она благополучно прошла рецензирование и была принята к печати. После этого она два года пролежала в редакционном портфеле, ожидая своей очереди увидеть свет. Наконец я получаю корректуру статьи, а заместитель главного редактора этого научного издания профессор Н.Н. Кулов приступает к вёрстке очередного выпуска журнала. Далее события развиваются так. Я отправляю корректуру с моими замечаниями в издательство и ожидаю вторую корректуру – уже на английском. В свою очередь профессор Кулов в спешном порядке собирает редколлегию журнала и предлагает статью…отклонить. Она, дескать, не соответствует направлению журнала. Вот те на! Два года назад она ему соответствовала, а теперь вдруг нет. Статью отклоняют. Рецензент, давший когда-то положительное заключение по статье, безмолвствует. Совершенно ясно, кто-то очень влиятельный надавил на заместителя главного редактора. Но кто же это? Теряюсь в догадках – ведь за два года, что статья  лежала в портфеле, про неё все основательно забыли, а вспомнили, когда нужно было её в номер давать, причём вспомнил по долгу службы лишь один человек – Николай Николаевич Кулов. Вот тут-то и пришла мне в голову фантастическая мысль: а не объявился ли в Москве снова мессир Воланд со своими бесами?! Один из них, например, всем хорошо известный Бегемот, устроив прослушку моих телефонов и взяв под контроль мой Интернет, узнал о грядущем выходе в свет моей научной работы и решил этому решительно воспрепятствовать. Бегемот явился к заместителю главного редактора и сказал:

    -Ну вот что, профессор! Или ты зарежешь статью этого Вейцмана, или я, оторву тебе башку, как я оторвал её конферансье Жоржу Бенгальскому во время сеанса «Чёрной магии».

     Меня, впрочем, могут спросить, а чем это я допёк эту компанию, что она подобным образом решила насолить мне?

     Допёк, допёк! Но об этом чуть ниже. А то интерес пропадёт к дальнейшему чтению статьи. Да, кстати, «зарезанную» научную статью я всё же опубликовал – в «Журнале технической физики» (ЖТФ), что издаётся в Санкт-Петербурге, и именно с этим научным изданием связан мой…

    Случай второй. Послал я в ЖТФ свою очередную научную статью. Жду решения редакции. Жду квартал, жду полгода, жду год…Из Питера ни слуху ни духу. Начинаю звонить, причём сразу в два места: в редакцию журнала, что на Менделеевской линии, и в редакционную коллегию, что располагается в Институте технической физики имени А.Ф.Иоффе. В ответ нечто невразумительное. Из редакции меня посылаю в редколлегию, а из редколлегии в редакции. И так раз за разом. Наконец дама из редакции сообщает мне трагическим голосом, что статья моя… бесследно исчезла, то есть исчезли обе машинописные рукопись, дискета с английским тестом, сопроводительное письмо к статье и экспертное заключение. Мне сообщается, что в редакции этого журнала ничего подобного никогда не было. Мне предлагается снова послать статью в журнал. Это я и делаю, направив английскую версию статьи в один из американских коммерческих журналов, о которых я писал выше. На статью приходит блестящая рецензия, а с меня не берут ни цента. Не знаю, как в США, а в Питере, похоже, снова не обошлось без кого-то из команды Воланда. Скорей всего тут поработал Азазелло. Его почерк. Явился он к заместителю главного редактора журнала Г.В.Скорнякову и сказал:

    -Вот что, Георгий Васильевич! Выкладывай-ка статью Вейцмана на стол, и чтобы далее о ней ни звука. А пикнешь, получишь от меня, как некий Поплавский из Киева…

   М-да, рукописи не горят – они пропадают.

    История номер три, в известной степени, родственна истории номер один,

но имеет и известные отличия. Посылаю я статью в известный научный журнал “International Journal of Heat and Mass Transfer” («Тепло- и массоперенос»). У журнала этого свои особенности. Он международный, а члены его редакционного совета живут в разных странах мира. Автор статьи должен выбрать одного из них в качестве научного куратора. В нашей стране таким специалистом является академик А.И.Леонтьев. В сопроводительном письме я прошу редакцию направить мою статью именно ему. Через некоторое время мне приходит электронное письмо от некоего Leonid Dombrovsky, который сообщает, что он… закрывает рассмотрение моей статьи (именно закрывает) – видите ли, рецензент не ответил на некоторые вопросы, заданные ему, а потому его рекомендация принять статью к публикации игнорируется. К тому же к статье имеются претензии чисто формального характера. Их немало, некоторые откровенно глупы. Например, мне ставится в вину, что статья не очень велика по объёму. Каково! Обычно пеняют как раз на обратное. Но кто же этот пан Dombrovsky? В электронном письме, подписанным этим самым Dombrovsky, ни слова о том, кто он такой и где работает. Словом, притемнился. Не беда – вычислим. Лезу в Интернет, и очень быстро всё становится на свои места. Никакой это не пан – Леонид Александрович Домбровский, доктор наук и главный научный сотрудник Института высоких температур РАН, что недалеко от Лефортовского рынка. Там ещё трамвайная линия проходит. Но о ней чуть ниже. Помимо всего прочего господин Домбровский и помощник одного из редакторов упомянутого выше журнала, а, стало быть, помощник академика Леонтьева. Всё становится на свои места. Академик человек весьма немолодой (89 лет), ему помощники нужны, которые в конечном итоге многое решают. Тут, пожалуй, обошлось без нечистой силы, хотя и небезызвестный Коровьёв мог бы сказать своё веское слово. Дескать, Леонид Александрович, Аннушка-то в любой момент может не только купить масло на рынке, но может и случайно разлить его на трамвайной линии. Так что уж постарайтесь статью Вейцмана того…

     Впрочем, тут и критик Латунский на ум приходит…

     Так чем же я эту бесовскую компанию так допёк, что она мне житья не даёт?

    Допёк, допёк! Было дело. Будучи ещё и литератором, я опубликовал в различных изданиях три фантастических рассказа и одну пьесу, повествуя, в частности, о том, зачем мессир Воланд со своими бесами в Москву явился. В «Мастере и Маргарите» у Булгакова об этом ни слова, будто под гриф упрятано – «совершенно секретно». Но Воланд-то не какой-то вам мелкий бес, а Князь Тьмы. Не для того же он появился в Белокаменной, чтобы Берлиозу голову оттяпать или разного рода дебоши учинить. Тут должны быть причины посерьёзней. О них-то и речь в моих рассказах и пьесе. Ну а если серьёзно, то практика рецензирования некоторых моих научных опусов в России может, например, объясняться моими критическими статьями, связанными, в частности, с практикой «чёрного» оппонирования работ в научных журналах.

     Ох, как жаль, что незабвенные академики Гинзбург и Кругляков, борцы со лженаукой, ушли из жизни! А-то явился бы я пред их светлые очи и рассказал о том, какую «научную экспертизу» проходили в академических журналах мои и не только мои научные работы. Глядишь, незабвенный Виталий Лазаревич перестал бы меня считать невеждой и демагогом, а, возможно, вдобавок ещё и согласился бы с мнением Михаила Жванецкого, что, «может, в консерватории что-то подправить надо». Ну хотя бы самую малость. Для начала.

                                                                                           Август 2016

 

 











Абрамович и другие

(Abramovich and others)

В «Новой Газете» № 74 за этот год (июль, 11) была опубликована статья о «вопиющем потреблении» олигарха Романа Абрамовича, то есть о его супер- роскошной жизни благодаря миллиардам долларов, нажитых им в России посредством разного рода финансовых махинаций в девяностые годы прошлого века. Лично для меня, факты, изложенные в статье, увидевшей свет в либеральной газете, не представляют особого интереса. Ну жирует себе Роман Аркадьевич, не беря примера с таких людей, как Билл Гейтс и академик Сахаров, ну и пусть себе жирует. Мне нет никакого дела ни до его особняков в Манхеттене, ни до его супершикарной яхты. Но кроме фактов есть ещё в статье и подтекст, в котором угадывается остриё, направленное против одного ну очень значительного российского лица. И вот тут-то есть, о чём поговорить.

Начнём, однако, не с Лица, а с самой газеты, являющейся рупором российской либеральной оппозиции. Будучи этим рупором, «Новая газета» уже давно потеряла в заметной степени объективность при трактовке тех или иных событий, имевших и имеющих место внутри нашей страны и вне неё. Газета заметно пожелтела за последние годы и не в последнюю очередь из-за таких своих авторов, как Дмитрий Быков (Зильбертруд). Тут в самый раз процитировать эпиграмму Емельяна Викторова:

«Трудами Быкова-поэта

Желтеет «Новая Газета» -

Либерализм её дурной

Грешит дешёвой желтизной».

 

Иной, оскорблённый в лучших своих чувствах читатель «Новой», может воскликнуть:

-Ка-ак?! Либеральная газета жёлтое издание?!

Увы! Не без известной желтизны. В конце-концов

 

«Промывание мозгов,

Даже либеральное,

Испокон, считай, веков,

Дело завиральное».

 

Вполне понятно, атака в «Новой Газете» на Романа Абрамовича это скрытая атака на очень значительное лицо, упомянутое выше, ибо…ибо ещё много лет назад Роман Абрамович квалифицировался самой «Новой Газетой» в качестве своего рода «бухгалтера», получившего в трастовое управление деньги некой группы лиц, находившихся во власти. Иными словами, этого олигарха определяли чем-то вроде держателя некоего «общака». Так этот или не так, я не знаю, важно то, что он оказался очень удобной фигурой для либеральной атаки из-за своего супершикарного образа жизни. Как же! Разве тот же Билл Гейтс мог бы себе позволить нечто подобное?! А ведь он побогаче Абрамовича и богатство своё нажил благодаря своему таланту изобретателя и менеджера, а не манипуляциями с государственным имуществом в эпоху приватизации. Что уж говорить про академика Сахарова, великого гражданина Земли русской и одновременно великого учёного, который никогда не позволил бы себе подобного суперпотребления, если бы даже имел на счету в банке миллиарды долларов. Всё так. Вот только и Билл Гейтс, и Андрей Дмитриевич Сахаров исключительно талантливые люди, ярмарка тщеславия им чужда. Билл Гейтс это прежде всего “Microsoft” , а академик Сахаров один из главных участников атомного проекта в России плюс главный диссидент этой страны. Суперпотребление ничего бы не смогло добавить к их славе, суперпотребление для них всего лишь суета сует. Впрочем, и с Абрамовичем далеко не всё так просто. Вот для начала некий факт.

Несколько лет назад я по какому-то делу зашёл в Еврейский культурный центр, что в Марьиной Роще. В просторном холле этого культурного заведения мне сразу бросился в глаза большой стенд, на котором были смонтированы информационные доски с именами жертвователей в пользу еврейской общины. Каждому жертвователю полагалась своя доска, причём, чем больше было пожертвование, тем больше был размер доски. Среди дарителей значился и Роман Абрамович. Его персональная доска заметно, а то и на много  превосходила размеры досок других дарителей. Включая Дерипаску.

А вот ещё один факт, о котором в редакции «Новой» должно быть немного подзабыли. Я имею в виду деятельность Абрамовича на посту губернатора Чукотки. Нелёгкая административная единица России досталась Роману Аркадьевичу в управление, ох нелёгкая! Но он с ней прекрасно справился, не пожалев и собственных денег на благоустройство этого Богом обиженного края. Почему, господа либералы из «Новой» вы об этом умолчали?

А как насчёт вашей возни вокруг Ходорковского? Вы, случаем, не забыли, как его люди, возможно, и с его подачи, выгнали из квартиры режиссёра Светлану Врагову, попутно разграбив её имущество? А вот Абрамович в поступках подобного рода замечен не был. А уж если бы был, нетрудно было бы догадаться, какой крик вы бы подняли на страницах своего издания. Словом, дав залп по Абрамовичу, батарейцы из «Новой» дали фактически пристрелочный залп по личности куда более весомой в государстве российском. Роман Аркадьевич, очевидно, сыграл тут роль некоего пристрелочного политического репера. Главной целью был совсем не он, а…

Впрочем, об Абрамовиче, вполне достаточно, в самый раз теперь коснуться «других», связанных с упомянутым выше лицом, подозреваю, куда сильней в данный момент времени. Я имею в виду донецких и луганских повстанцев. Итак, на территории государства, именуемого сегодня Украиной, идёт фактически гражданская война. Вполне понятно, в ходе неё имеют в избытке место разного рода вопиющие безобразия, причём с обеих сторон. Естественно, на страницах «Новой» украинской трагедии уделяется много места, при этом наблюдается некий перекос при изложении событий. Тут в самый раз прибегнуть к музыкальному языку. Когда дело касается безобразий, творимых повстанцами, звучит форте, фортиссимо и даже тутти «всего либерального оркестра». Когда же дело касается вопиющих безобразий, творимых боевиками националистических украинских батальонов, многое пускается под сурдинку, а то и вовсе удаляется из «партитуры». И лишь когда игнорировать безобразие украинских наци уже нельзя, «Новая газета» переходит на меццо-форте в адрес негодяев. Примером тому гневное заявление главного редактора «Новой» Дмитрия Муратова по поводу претензий к военному корреспонденту этой газеты, Юлии Полухиной», работающей в зоне так называемой «АТО», со стороны военных властей Украины. Последние, видите ли, неправильно ведут себя, грозя лишишь корреспондента законной аккредитации. Что ж, своя рубаха ближе к телу. А когда она не своя, то стоит ли особенно стараться. Много ли было филиппик в адрес Украины, когда в зоне боевых действия были подло убиты два корреспондента ВГТРК Антон Волошин и Игорь Корнелюк? Более того, «Новая» на своих страницах во всю выгораживала эту фурию, Надежду Савченко, обвинённую в соучастии убийства журналистов. Вопреки решению суда, я не стану именовать Савченко убийцей, скажу лишь, что вероятность её соучастия в убийстве журналистов весьма заметна. Эта «вертолёт-девица» погубила, судя по всему, немало человеческих жизней, в том числе из числа мирных жителей Донбасса, «корректируя» стрельбу артиллерии. Почувствовав вкус крови, будет она особенно разбираться, по кому ведётся огонь:  

-Ах, журналисты?! Пусть не лезут, куда не следует! Слава Украине! Украине слава!

Что ж, жаждешь славы для «незалэжной», так получи:

 

-Украине слава! -

Возглашает бандерорава,

Похоже, совсем не зная,

Что слава бывает дурная.

 

Увы,

«Прогресс повсюду знать себя даёт,

Ни перед чем он не отступит –

Взамен метлы приходит вертолёт,

Глядишь, и танк придёт на смену ступе».

 

Ведьма и есть ведьма:

 

«Ну надо же такому приключиться,

Уж эти украинские дела –

Типичный шабаш, правит бал…девица,

И вертолёт ей вместо помела».

 

Впрочем, пора подводить итоги.

Наша либеральная братия зачастую так же беспринципна, как и её оппоненты из правящего клана. Тут достаточно вспомнить девяностые годы прошлого столетия, когда народ российский был обобран до нитки стараниями таких. как Егор Гайдар и Анатолий Чубайс. Их хорошо охарактеризовал в своих эпиграммах Емельян Викторов:

«Страну, пришедшую в упадок,

Он безответственно напряг,

Сменив советский непорядок

На псевдорыночный бардак»!

 

Это о Гайдаре. А вот о Чубайсе:

 

«Он всем известный либерал,

Приспешник правящего клана.

Где он, там царствует развал –

Где было МАКРО, станет нано».

 

У любой медали две стороны. Так вот, сегодня проправительственная (абрис) и либеральная (реверс) политические тусовки у порядочного человека хороших чувств, как правило, вызвать не могут. Но у любой медали есть ещё и гурт – узенькая цилиндрическая поверхность между двумя политическими кругами. Гурт это прибежище очень узкого круга людей, не желающих участвовать в политических массовках государства Российского. Жизнь на гурте мало удобна – шаг влево, шаг вправо, и ты уже совсем в другом интеллектуальном мире. Трудно жить, балансируя на поверхности гурта, иногда и  смертельно опасно, но для некоторых это единственный образ жизни. Одним словом:

1. «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь».

2. «Не дай Бог хлебнуть российского либерализма, бездарного, беспринципного и беспощадного»!

                                                                     Июль 2016

 

 

Is Israel for all Jews?

According to the official doctrine of Zionism,Israel was created in the first place as the national home for Jews from all over the world, in particular as a shelter for those Jews who can be destroyed in the countries of the dispersion. But there are the official doctrine and high-sounding statements of the authorities ofIsraelbased on this doctrine, and there is the practice of implementing Jewish repatriation toIsraelthat (the practice) is carried out by the government of this country during the last Years. Here there can be absurd cases, for example, mine. But first of all I remind about something.     

Not only real Jews, i.e., Jews accordingly to the Jewish religious law, can repatriate toIsrael- the members of their families can also have a right to do it not being Jews. What is more, the repatriation right was also got by persons having only one Jewish grandfather or grandmother, moreover it can be the Jewish grandmother who does not form Jewry of her descendents. For example, Jewry on mother's part has a son as well. He is a Jew according to the Jewish religion law but his children will not be Jewish if their mother is not a Jewish woman. But let us return back from the Jewish religious law to the repatriation practice of Israel authorities, by no means religious, for some people, e.g., for my family. That practice did not turn out as Jewish, it is rather an English or American (USA) practice during the Second World War. Then the governments of these countries did not want to receive Jews fromGermanyand countries occupied by Nazis. As known, the overwhelming majority of these Jews burnt in the Holocaust (fair).

By the way, you may judge yourself.

My family consists of three human beings: my wife, our son, and me. My wife and I are 73 and 75 Years old correspondingly; our son is 43 Years. All are invalids; moreover our son is the invalid from childhood.  My wife suffered diabetes and a heart-decease. I am ill with ischemia. Our son is ill with diabetes and a mental decease but he is not dangerous for society. I can say the following: during 43 Years of his life he had never been in any mental hospital and had not done any criminal act.

Now our family is settled in life not badly however years are going. It is unlikely that my wife and I will be living till hundred and twenty-years-old (age as ourMoscowrabbi Berl Lazar whishes us in his congratulations to our birthdays every year), therefore it is time to think about the son future. It will be very bad to him without parents. I consider it is not necessary to explain for a long time what a treatment is to the Russian invalids in general and to the unprotected Russian ones in particular. In a word, we decided to go toIsraelfor place of residence. Sooner said than done and here I am in the consul department of the Israel Embassy waiting for the conversation with Mr. Consul.  It has only to make a little addition - we shall be need for it below. As I established from my talk with a young man of "Slavonic appearance" fromSaratov, he wishes to be living toIsraelexclusively for the low standard of life in this City on theVolga. If he lived inMoscow, it is unlikely he would go to (the)Israel

But it is time for me to go to Mister Consul for conversation. At once there is an unpleasant surprise. Of course, there is no doubt in the Jewry of my Family: all my documents are all right, but my son illness makes its black matter. Therefore I need to produce an official document from the mental prophylactic center on the illness diagnose of my son. The problem of our family repatriation will be decided by the Israel Ministry of Internal Affairs after obtaining the diagnose.  

Mister Consul also makes the following remark. In my opinion it is very silly. The consul announces that he wants to be going along streets ofIsraelcities without any misgivings. I immediately reply: he will not soon be going along these streets without any fear and it will not be for my son. Of course Mister Diplomat knows nothing about my son illness but it is not necessary to fear my son and in the first place, and in the second place, and in the following ones, up to the tenth. In answer the consul mumbles me something on his participation in Arabic-Israelite wars. In short, it needs to go for me to the mental prophylactic center for receiving the official diagnoses of my son illness.  But first of all I am sending two e-mails.

The first letter was addressed to Avigdor Liberman, Minister of Foreign Affairs of Israel and the leader of the party "Our Home Israel" founded upon the base of the Jews-repatriates from the former Soviet Union. Namely this party defends the interests of the so-called "Russian Street" inIsrael. The second letter(s) was addressed to Marina Solodkin, the deputy of the Knesset, who also is interested in the same problems (which as though expresses the interests of that Street). I want help.

I receive a reply only from Mrs. Solodkin. I learn from her e-mail on a "rational" according to that a definite category of Jews must not be let inIsraelfor their blessing: suddenly worsens their illness for the new place of living! In word, it is full clarity and with Liberman, and with Solodkin. Liberman is Minister; his business mail is looked by his assistants. Only they decide what a letter will be on the minister table. Solodkin is the deputy of the Cadima-party in which, as I suspect, nobody likes so called Russians (by the way, not so called the more). Of course this Madam will not do her best for a Jewish family from Russia. To do that is not very favorable for her. (It is simpler to be talking about her best efforts for theRussian Street.) The Politic is the politic. The same myrrh spreads all of them.

I went to the mental prophylactic center where my son was kept under observation, and asked to inform me about my son official diagnose. I was orally informed about it under the full consent of my son. And here I am at theIsrael consulate again. Now I am with my wife and we are talking with a woman-consul. I inform her about the diagnose of my son illness. As her reply, there are three requests. First, we must produce an official extract from my son illness history where it must be noted: the illness diagnoses of my son, medicines, that he takes, and a document on his competence or incapacity. At last the woman-consul recommends us to be thinking very much on the following problem. Is it necessary very much for our family to repatriate toIsrael?

Here I cannot keep from a question to the woman-consul: "Madam, what's about the repatriation state reading that any Jew can get a shelter inIsrael, if he is exposed to danger in any dispersion country for his belonging to Jewry? The response of the woman-consul was not taken a long time. According to her opinion, Israelis first of all for those who want to be practicing Judaism. And suddenly remember I human-beings who I have seen in the consulate during my previous visit. And suddenly remember I an emigrant Karlik who has slaughtered all Jewish family Usherenko (six human-beings together with children) inIsrael. And suddenly remember I Nazi thugs who have been committing outrages in theIsraelstreets. And suddenly remember I England and USA which refused outright to receive Jews from the countries occupied by Nazis during the Second World War. Then this unhappy Jews were murdered in gaseous chambers. 

What will you say now on the Jewish mutual aid? What will you say now on the Jewish solidarity! They are myths to a considerable extent, aren't they?

There may be the following explanations in my case.

What will the state Israel pay a benefit for three invalids from Russiaif it cannot do it? Why shall we admit these "Russians" into the Jewish State if they most probably vote for the party "Our houseIsrael" but not for "Kadima" or "Avoda"? Only increases criminality on the banks of the sacred Jordanfor these "Russians"!

     But emotions are only emotions, and it needs further to do something. And I again went to the mental prophylactic center and without any problems received the above necessary document. At last on 22 December 2010 I am again at the consulate of the stateIsrael. I produce the certificate and I am waiting for a decision. It is not long time - two consulate officers inform me that I can go toIsraelfor place of residence but my son cannot do it. And there is no any word about my wife! Of course must somebody be inRussiawith the very ill human being. We, officers from Israelconsulate, are very humane. In short, I get a terrible blow in solar plexus, the meanest blow, since they understand very well that I can go alone for place of residence only to a graveyard. I make an attempt to say on the Israel Ministry of Internal Affairs - after all the Ministry is to decide my problem. But I was immediately informed that according to a law from 1952 Year repatriation problems can also decideIsraelconsulates in abroad.    

     On December 27, 2010 I was informed by the Israel Embassy over the telephone that the Israel Ministry of Internal Affairs allows only to me the entry toIsrael. My son does not get the permission.   

     It is a very strange call: really was not the problem already decided inMoscow? Why, Kafka may here be remembered - it was a time when Jews had fought for their right to repatriate to their historical country; now they struggle for this right against their historical one. Az ohen vay! It is in Idish. There is no an exact translation from Idish into English of this sentence, but it is kind of "O my God!" Yes, it is very difficult to be  Jew, is not it?     

 

.